Сказка о картине

Прочла, понравилось очень. Возможно, кто-то прочтёт и поймёт по-своему. Но всё же.

Опубликовано: alexander1995

Как-то в пятницу вечером художник закончил рисовать свою картину и с удовольствием произнес:

– Хорошо!

Картина и в самом деле изумительна! Размером в целый мир. Красота и гармония наполняют ее. И настолько она совершенна, что только гениальный художник мог сотворить ее. Весь мир в ней: вся музыка, все запахи и краски, и жизнь в ней полна и бесконечна.

И все-таки разрезал художник свое произведение на тысячи и тысячи мелких кусочков и выбросил в ведро для мусора. Одна рамка осталась.
Чего же не хватало картине? Ведь она была само совершенство.
На самом деле недоставало ей того самого чуда из сказки про Буратино, когда деревянная кукла захотела стать настоящим мальчиком с живым сердцем. Да, если бы картина была «настоящей», «живой», какую радость доставила бы она художнику!

И вот мусорное ведро стало новым местом для картины. Лежат вперемежку кусочки, искорки былой красоты. Материал полотна остался тем же, но гармония и красота разбились вдребезги.
Однако в каждом маленьком кусочке сохранилась смутная память о картине, которой он принадлежал. И каждая частичка ищет кого-то близкого по форме, чтобы хоть немного воссоздать былую красоту. Когда находятся две «половинки» и соединяются друг с другом, радостно им от того, что похожи они на большую картину.

Начали кусочки искать свое место, и те, которые относились к небу на картине, собрались наверху, в самом верхнем слое мусорного ведра. И видят они грустного художника, тоскующего по своей картине. Им даже удалось подслушать его мысли, и они передали их всем остальным частичкам, как могли.

И поняли верхние кусочки, что радость художнику они доставят, когда сами соберутся в ту же картину, и увидят, и поймут, как она хороша.
А в мусорном ведре идет драка и раздор. Каждый кусочек заявляет, что он-то и есть самая главная часть картины и потому заслуживает особого отношения и лучшего места в ведре. И толкают они соседей, и разрывают их в клочья, совсем не понимая, что это только отдаляет их от былого совершенства.

Они и не догадываются, как сложиться опять в большую картину. Непросто вернуться в галерею художника, а еще труднее «ожить», повторить его работу и ощутить совершенство, которое он вложил в картину.
Грустит художник, толкаются и дробятся осколки. Пытаются они создать свои картинки, складываются то так, то эдак, перемешиваются. Некоторые утверждают, что им одним известен выход из ведра и что они готовы повести за собой всех – только становись.

Но те, что в верхних слоях, заглядываю за краешек ведра и видят там пустую рамку от картины, которой они когда-то были. Рамка есть, а их в ней нет. Вот какая история!

И уже понимают они, что картина не будет целой, пока самый крошечный ее кусочек не вернется на свое место.
Тогда поднатужились те кусочки, на которых небо, и заняли свое место в рамке. И зовут за собой других, которым уж очень хочется снова стать картиной и порадовать художника.

Кусочек за кусочком пробирается наверх и ищет свое место. Если хоть один потянет назад, не встанет в рамку – не сложится у них картина, и опять все окажутся в мусорном ведре. И снова нужно будет начинать все сначала.

Сейчас они только тем и занимаются, что сцепляются друг с другом и бегут из ведра. В это дело берут всех: вне зависимости от цвета, формы и размера. Важен и малюсенький кусочек, и крупный фрагмент – главное, чтобы не подвел. И вытаскивают их наверх, и склеивают веществом, которое называется «любовь к частицам», и рвутся они вперед.

Некоторые снова выпадают из цепочки, а есть и много новеньких, которые хотят попробовать. Все готово в ведре для окончательного рывка. Ведь главное – начать. Тогда и те, что внизу, увидят небо.

Yandex cite